tebedam (tebedam) wrote,
tebedam
tebedam

Открытое письмо Владимиру Познеру

Уважаемый Владимир Владимирович,

как Вы знаете, обычно с этой фразы начинаются обращения совсем к другому человеку. На том телеканале, на котором Вы работаете, этого человека нельзя называть плохим словом, его нельзя критиковать ни по какому поводу, над ним нельзя даже шутить. Подобные ограничения называются цензурой и распространяются куда дальше, чем в отношении одной конкретной личности, не нашедшей в своей десятилетней работе ни единой ошибки, которую бы стоило исправить. Цензура – это не мое определение сложившейся ситуации, это, в том числе, и Ваши утверждения, сделанные многократно в самых разных интервью на протяжении последних нескольких лет. Нет никаких сомнений в том, кто автор сложившейся системы, в которой новости заменены пропагандой. Можно было бы долго спорить о том, возможна ли в России сегодня свобода слова, насколько это осуществимо в наших реалиях, но все это не отменяет того простого факта, что цензура запрещена и нашим законодательством, и Конституцией. А потому потворствование этому явлению – это преступление, но что еще хуже, самый главный – это и есть преступник, с ведома которого цензура и осуществляется.

Если раньше еще можно было вести какие-либо диалоги о том, есть ли в России цензура, или это излишне рьяное проявление самоцензуры, то со временем Вы, и другие журналисты, как и многие другие люди, регулярно попадающие в эфир, расставили все точки на i. О том, что "чиновники влияют в политических интересах на редакционную политику" главный редактор телеканала Russia Today говорит не стесняясь, даже с некоторым ура-патриотизмом, пытаясь доказать окружающим, что так и должно быть. Не скрывает этого влияния и сидящий рядом руководитель Дирекции информационных программ Первого канала (источник). Можно найти и другие примеры откровенных признаний со стороны журналистов, как и несчетное количество откровенных фальсификацией и грубейших искажений в выпусках новостей (яркий пример – канал "Россия 1" о митинге на Триумфальной площади 31 мая). Другое дело, что цензура касается далеко не только новостей, вмешательство идет на уровне культуры, будь то неугодные песни или их исполнители, цензура доходит даже до шуток в КВН, о чем признаются и сами КВНщики (участник команды “Федор Двинятин” о цензуре), да и без признаний можно заметить радикальные отличия в одних и тех же номерах (номер в оригинале, номер в эфире Первого канала), конечно, заметно это будет только в том случае, если в шутках заходит речь о “Наших”, “Молодой гвардии” или хоть о чем-то связанном с “Единой Россией”, или и о том человеке, который эту партию возглавляет, но брезгает в нее вступить.

Впрочем, стоит ли приводить еще примеры, если Вы делаете столь ясные и категоричные утверждения: “Закон о СМИ у нас не выполняется в главном: я утверждаю, что у нас на телевидении, да и не только на телевидении, не существует свободы слова” (источник); "если пригласить Каспарова, то будут неприятности" (источник); “Из-за выборов кремлевская администрация стала почти параноидально воспринимать вопрос о том, кто появляется на телеэкране” (источник)… Ультимативное “Нет!” – это Ваш постоянный ответ на вопрос о свободе слова в России, как и рассказ о том, что нельзя просто так кричать о пожаре, т.к. за свободой следует и ответственность (источник).

Было бы замечательно думать, что свобода слова в России несостоятельна лишь в плане ответственности, но любому здравомыслящему человеку очевидно, что главная проблема заключается в насаждаемой сверху тотальной цензуре, а в не ответственности дикторов, готовых с интонациями рассказывать для многомиллионной аудитории любую предоставленную им чушь (яркие примеры). Цензура – это высшая форма безответственности, и цель у нее одна – прикрывать преступления. Оправдывать преступные действия некими благими намерениями – все равно что с с точки зрения религии заключать сделку с дьяволом, будет только хуже.

Но то, что очевидно для простых людей, совершенно неочевидно для наших надзорных органов. Ваши высказывания о цензуре (как и других журналистов) были собраны воедино и отправлены в соответствующую инстанцию – Роскомнадзор, которая, по идее, должна с цензурой бороться, но оттуда вернулся ответ о том, что Ваши слова – ложь, обусловленная исключительно личным конфликтом с руководством Первого канала. Слова других журналистов чиновники тоже проигнорировали, посчитав, что признания в цензуре – это не признак цензуры. У меня нет сомнений в моральной деградации лиц, занимающих руководящие должности на государственных телеканалах, безусловно, что они откажутся от своих ранее сказанных слов и при первой же необходимости дадут им иную трактовку. Вопрос в том, готовы ли подтвердить свои слова Вы?
познер_кат

Ваша биография неординарна для журналиста в России. Наша страна – это не Ваша родина, Вы можете смотреть на нее со стороны. Вы кажетесь человеком с русской культурой, но на самом деле таковым не являетесь. Ваши регулярные разговоры на тему общечеловеческих ценностей кажутся искренними, привитыми Вам с детства, если не считать высказывания о ситуации с регулярными разгонами митингов, в которой Вы заняли однобокую прокремлевскую позицию, но может быть, Вы это сказали вынужденно (видео)? Вы регулярно говорите о необходимости развития гражданского общества, о борьбе с репрессивными законами, критикуете тоталитаризм, заявляете о приверженности принципам демократии, которая немыслима без свободы слова, потому что без этого никакого выбора быть не может. И в целом Ваша работа кажется чем-то значительно большим, чем сухая ложь дикторов вечерних новостей, особенно, учитывая подобные высказывания о смысле Вашей работы:
 
Помните эпизод, когда его герой спорит с заключенными психушки, что оторвет от пола умывальник? Помните, как он пробует это сделать? Кажется, что его сердце вот-вот лопнет. Раздается смех окружающих. И тогда он говорит ключевую для меня фразу: по крайней мере, я пытался. Позже другой герой, индеец, оторвет умывальник и вышвырнет его в окно, сломав решетку. У индейца получится, потому что герой Николсона пытался. С помощью своей работы, своей нынешней программы я хочу заставить людей думать, заставить их быть гражданами. Поверьте, что для этого надо оторвать очень тяжелый груз. Может, не оторву. Но я пытаюсь.
 
Есть ли у Вас желание попытаться оторвать от России, хотя бы частично, главное преступление, которое есть в том деле, которому Вы отдали большую часть своей жизни, цензуру? Если есть, то на выбор у Вас довольно много путей, в которых можно попытаться, пока у Вас еще есть возможности и отведенное Вам время.
Например, Вы можете прислать мне ответ на это письмо, ответив на главный вопрос, готовы ли Вы подтвердить сделанные Вами ранее высказывания и опровергнуть наличие каких-либо конфликтов на личной почве, которые в течении последних лет, якобы, были причиной заявлений о цензуре в России? Готовы ли Вы подтвердить свои слова в суде? Впрочем, есть и другие варианты, как, например, взять интервью у Каспарова, а еще лучше – у Шевчука. С другой стороны, всё это Вы можете и дальше игнорировать, но разве Вы действительно верите, что заключив сделку с дьяволом, играя исключительно по его правилам, возможно в итоге добиться чего-то положительного?

Update:

Ответ Познера


По теме:

Добавить в друзьяЧто это?

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments